В одном из домов самого обыкновенного небольшого города, каких раскиданы тысячи по нашей земле, под подъездной лестницей первого этажа жили два котёнка. Два идеально чёрных маленьких комочка. Они были так похожи, что ни одной шерстинкой их нельзя было отличить друг от друга. Единственное, что не с первого взгляда бросалось в глаза, была хромая передняя лапка одного из них. Неизвестно, из-за чего это случилось: то ли вывих он получил при рождении, то ли в следствии какой- то игры был не замечен из- за своего малого роста.. Но из –за этого другой котёнок всегда шёл впереди своего брата, прыгал по ступенькам, и можно было сказать кто из них кто, когда они были в движении. А это происходило почти всегда, как только их мать-кошка уходила через дыру под лестницей в подвал, а оттуда на улицу. Тогда люди, заходившие в подъезд, обнаруживали двух котят, которые толком ещё не отвыкли от материнского молока, одинокими и брошенными.
И были среди этих людей те, кто не оставался равнодушными к их подъездному существованию, и порой чья-то рука, державшая молоко, тянулась к ним. По- началу два черныша боялись этих огромных, с человеческим запахом, рук, и забивались в самый дальний и тёмный угол под лестницей, так, что их невозможно было увидеть. Тогда люди оставляли корм рядом с их спальным местом и уходили прочь, а котята, немного погодя, выползали из убежища, чтобы продолжить свои познавательные игры на лестничной клетке, не обращая никакого внимания на оставленную миску с непонятной для них едой.
Как-то раз они настолько увлеклись кусанием друг-друга за уши, что только в самый последний момент успели заметить стремительно приближающиеся к ним человеческие руки. Тот из них, который хромал, не успел спрятаться под лестницу, и в одно мгновение оказался в человеческих объятиях. Он дрожал всем своим маленьким тельцем от пугающей близости такого огромного существа. Со всех сторон его окружал чужеродный запах, от которого становилось ещё тревожней. И из щуплой груди его раздавались писки, разлетаясь эхом по подъезду. Вдруг что-то подвинули к носу, уже знакомое на запах- этим порой питалась мать-кошка после своих прогулок, но пробовать это не хотелось. Тогда перед мордочкой возник человеческий палец, на кончике которого лежало что-то молочное, но всё-равно не было сдвигов. Палец придвинулся ещё ближе- прямо под нос, испачкав шерстинки вокруг рта, пришлось облизнуться. Потом ещё раз, только ещё больше был испачкан рот. После третьего облизывания появилось сильное желание попробовать эти пальцы, и котёнок робким движением начал слизывать творог с густыми сливками с человеческих рук. Их запах уже не казался таким чужим, а тепло тела большого существа, к которому он был прижат, приятно грело бок, и оцепенение постепенно спало.
Другой котёнок не решался выйти из убежища, даже когда смолк писк его брата. Через какое-то время неожиданно в глаза ударил яркий свет, и чёрного котёнка, который всегда был быстрее другого, вдруг тоже подхватили на руки. Всё было как и с первым котёнком. Потом они уже вдвоём ели с человеческих рук. Эти руки казались самыми заботливыми. Их прикосновения открыли ласку и теплоту для котят. Сам человек стал для них в тот день открытием.
С тех пор они ждали каждого человека, который подойдёт к ним. Не было известно, откуда появляется человек. Точнее, была подъездная дверь, через которую он заходил, но откуда он возникает за ней, было непоянтно. И уж ещё большей тайной было, зачем человек уходил потом по ступенькам вверх. Это случалось постоянно.
Привыкшие к человеческому теплу, котята начинали гнаться за человеческими ногами, преодолевая одну ступеньку за другой, совершенно не понимая зачем это громадное существо уходит. Подобно нам, людям, когда мы увидим чудо для себя и пытаемся догнать его, возобновить, что бы ещё раз поразиться и ощутить его реальность. Два маленьких черныша совершенно неосознанно стремились к тому добру, которое осыпалось на них в человеческом облике, то ускользало вверх по ступенькам. Каждый, открыв для себя что-то чистое и светлое , если можно так сказать идеал, будь то живое существо или неживое явление, будет стремиться за этим идеалом, жадно поглощая его движение и изменение, пытаясь взобраться на ту же высоту, что и этот идеал, чтобы познать его полностью, и обладать без исключения. Так и наши котята взбирались по лестнице за ногами, уносившими тот человеческий идеал вверх.
Они были ещё совсем малы. И если первый котёнок, который вечно бежал первым , хоть и с большим трудом, но преодолевал лестничный пролёт, то второй мог взобраться только на четыре ступеньки. Случилось и такое, что бегущий впереди черныш преодолел три пролёта. Человек, которого он пытался догнать, зашёл домой ещё раньше на один пролёт. Но квартиры в этом доме находились по несколько штук в одном отсеке, коридор которого плотно закрывался дверью. Человек шёл быстро, поэтому когда он попал к себе домой, котёнок преодолел только первый пролёт, и не мог видеть, что эти большие двери, попадающиеся на широкой площадке между пролётами, открываются. Так он думал, что человек всегда поднимается по ступенькам ввысь, и, преодолев три пролёта, эта лестница показалась ему бесконечной. И его стремление и бег за человеческим теплом, казалось, так же не имел конца, но он и не думал сдаваться. Что же тогда случилось? Почему он дальше не продолжил свой путь? Он бы и продолжил, немного передохнув, если бы мимо не спускался другой человек, и не решил бы, что котёнок случайно забрёл наверх. Так он был спущен обратно. Все его труды оказались напрасными. Он был сокрушён и никак не мог понять – почему рука, которая его гладит, так холодно возвращает его на место? Эта противоречивость разворачивалась ценой насмешливой судьбы в его масштабе, она становилась целой силой, которая либо давала ему вдохновение, когда он ощущал людскую заботу, либо падение всего труда и сил, когда его кто-то спускал с достигнутой высоты обратно под лестницу.
И в этом котёнке всё больше разгоралось желание догнать хотя- бы одного из тех людей, которые протягивали к нему руку и становились для него новым открытием.
И он пробовал снова и снова бежать по бесконечной лестнице за тем светлым чувством, которое он ощутил от людского тепла. Но каждый раз, когда его внимание отвлекалось на что-то другое, или же он просто уставал, переставал взбираться по ступенькам, через какое-то время появлялся человек, идущий вниз и спускал его обратно.
В очередной раз, когда котёнок побежал за человеком, он собрал все свои силы, и решил не останавливаясь преодолеть бесконечную лестницу. Его худые маленькие лапки уже болели от пройденных бесчисленных ступенек. А он всё поднимался.
И вот он увидел перед собой решётку, которая преграждала путь ещё к одному пролёту. Он без труда прошёл между её брусьев благодаря своему невеликому телосложению. Ещё один пролёт он превозмог, а дальше сверху была крышка. Лишь небольшая щель давала ему шанс идти дальше. И он полез через неё. Застревая, трясясь от страха, котёнок преодолел её и оказался на крыше высокого дома со сломанным лифтом.
Впервые он увидел небо со звёздами. Раньше он не замечал их. Он никогда раньше не смотрел вверх, даже когда удавалось проскользнуть на улицу- но здесь не было ничего кроме неба и звёзд. Они были так близко и так далеко! Чёрный котёнок сидел и смотрел на звёзды, и думалось ему, что это те светлые, чистые, добрые люди. Они настолько высоко, что их никогда не достать ему, но стремясь за ними, можно самому подняться на необычайную высоту и на мгновение приблизиться к ним. Ему не было грустно, он восхищался их сиянием и высотой.
И смотрел.

Поделиться: