Жил-был бард по имени Эдуард. Играть и петь он не умел, но ведь это совсем не главное для барда. И вообще не главное.
У него с рождения были все задатки, чтобы стать экономистом или научиться летать. Вместо этого он любил смотреть в лица и видеть в них облака. Вон то похоже на спящего щенка.
Его детство закончилось в 17 с первым ударом ментовского ботинка в живот. Его детство может закончиться в 35 с появлением пивного брюшка и солидной походки. Его детство не закончится никогда.
У него даже была девушка. Две недели. Ему в ней нравилось практически все: фигура, ноги, талия, лицо, уши, нос, шея. Они целовались среди котов, хотя у обоих была на них аллергия. Но она неправильно образовывала возвратные деепричастия совершенного вида. Поэтому когда на четырнадцатый день она позвонила и сказала, что у них ничего не получится, он молча удалил ее номер из записной книжки.
Я, к примеру, не служил, не сидел, не заводил семью и не защищал кандидатскую. Все, что я знаю о жизни – это как рвет тело непрекращающаяся физическая боль продолжительностью семь с половиной месяцев. Для построения упорядоченной-продуманной-размеренной жизни – мало. Катастрофически мало. Эдуарду, впрочем, хватало.
Но однажды, пока он спал, Советские войска высадились на Марсе. Проснувшись утром, он осознал, что в жизни нужна цель. Пошел и записался в восьмой отряд военных космонавтов им. тов. Ворошилова. И вот тогда он понял.

Поделиться: