Горький дым красного 'Lucky strike' заполняет ничем не приметную закусочную, находящуюся в самом сердце Голливуда. Вывеска, на которой написано "L.A. dream", барахлит. Она ласково 'подмигнёт' каждому, кто пройдёт мимо этого заведения. Из старого радио звучит песня Эллы Фицджеральд и Луи Армстронга "cheek to cheek". Бармен протирает стаканы для виски. По его усталому лицу заметно, что сегодня он неплохо поработал. После того, как его бросила жена, он сбросил около 5 килограммов, но потерял свой вечно опрятный и интеллигентный вид. Через 3 недели после расставания, его лицо кажется замученным и слегка помятым. Он больше не спешит домой, потому что там его ждут только счета в почтовом ящике. Нет, он лучше задержится на работе, приберётся в закусочной, почитает книгу или же выпьет несколько стаканов скотча с водой вместе с последними клиентами. Но точно не с ними. В самом углу, у окна, пристроили свои толстые задницы два копа. Это далеко не "киношные" герои. Большие щёки, хриплые голоса и постоянный кашель. Лёгкие уже не выдерживают ежедневное курения в их "Форде" 1958 года. То и дело после продолжительного кашля девственно белую салфетку заполняют маленькие пятна крови, которые расползаются после того, как впитаются в неё полностью. Эти парни считаются "сливками", т.к. это детективы, работающие в отделе нравов Департамента полиции Лос-Анджелеса. Они борются с наркотиками и проституцией. В этом городе этого пруд пруди, поэтому работы у них достаточно. После "Кровавого Рождества" в 1951 году многое изменилось. Копов взяли за задницу, начальство начало за ними следить. Теперь-то уже не так просто покрывать наркоторговцев за кругленькую сумму ежемесячно или же потрахивать местных проституток. У стен Лос-Анджелеса появились глаза. Но детективы С.Уэлш и М. Мэйсон имеют достаточно опыта и находят лазейки. Поэтому с незаконного навара они имеют достаточно, чтобы купить себе шляпы за 100 долларов или же эти, идеально сидящие на их дряхлых телах, костюмы. Они проработали в полиции 15 и 20 лет соответственно, и сейчас, изрядно перебрав с алкоголем, они вспоминают старые дела и травят друг другу коповские байки.
- Ты помнишь 'Мохнатое дело'? - говорит Уэлш.
Из-за его маленьких глаз и огромных хомячьих щёк создаётся впечатление, будто бы ты разговариваешь с задницей.
- Что-то не могу вспомнить...хотя если ты о...нет, точно не помню. - на памяти Мартина Мэйсона было такое количество дел, что действительно вспомнить какое-либо отдельно взятое было если не нереально, то очень трудно.
- Это было в 1948. Поступило сообщение, что в доме номер 7 на Ромейн-стрит будет сделка. Речь шла о кокаине. Вообщем, вся улица в оцеплении, мы с моим напарником возле двери дожидаемся момента. Насчёт "три" мы врываемся в квартиру. Перед нами 3 здоровых негра и какая-то шлюха с йоркширским терьером. Мы уже думаем, что это пустышка. Просто 3 чёрных работяги решили развлечься и сняли себе девку. Выходит , у нас на них ничего нет и доказать мы ничего не можем. Мой напарник говорит: "Извините, это должно быть ошибка". Все присутствующие пребывают в состоянии шока. Их глаза настолько широко открыты, будто бы каждому из них засунули в задницу по кактусу. В помещении воцарилось молчание. Сквозь жалюзи пробивается лучик солнца, и мы можем видеть, как в тесной и душной комнате хаотично танцуют пылинки. В комнату влетает муха. С тишиной покончено. Напарник продолжает: 'Расслабьтесь, можете веселиться, мы всё понимаем'. Через мгновение он подходит к шлюхе и говорит: "Красивая собачка. Можно погладить?". И, внимание! Он поднимает псину над своей головой, держа за живот. Надавливает настолько сильно, что через несколько секунд терьер блюёт на него! После начала порыва рвоты, негр достаёт пистолет и стреляет в моего напарника. Я успеваю убить этого и второго негра до того, как они выстрелят в меня. Третий чёрный прыгает в окно со второго этажа. Там его уже ждут наши. Шлюха забивается в угол и начинает рыдать. Её собака, выблеваб всё до последнего, мчится к ней. Мой напарник, подстреленный и обблёваный что-то шепчет. Я наклоняюсь к нему. Он повторяет: "Мы их прищучили". Я не могу понять, о чём он. Напарник взглядом показывает на лужу блевотины, которая растеклась возле его лица. Я смотрю и вижу 7 пакетиков кокаина в перемешку с собачим кормом и ещё какой-то дрянью. Я улыбаюсь и смотрю на напарника, но он уже закрыл глаза. Я щупаю пульс, но его сердце уже не бьётся.

- Ахаха. - взрывается от смеха Мэйсон. - Это же надо умереть в блевотине собаки жалкой шлюхи - наркоманши. Аахахах, вот умора.
Бармен уставился на Мэйсона осуждающим взглядом. Он слышал всю историю и считал, что смеяться над смертью бывшего напарника Уэлша бесчеловечно. Он не подслушивал, просто после того, как он выключил радио, гробовую тишину в закусочной разбавляла только громкая и отчётливая речь Уэлша. Каково было удивление бармена, когда Уэлш рассмеялся Мэйсону в ответ:
- Ахаха, действительно. Такой смерти и врагу не пожелаешь.
- Слушай, я тоже кое-что вспомнил. Это, наверное, самый нелепый случай, который случался со мной за всю историю работы. Я совру, если скажу, что я отчётливо помню, что со мной происходило. Передо мной наутро всплывали флешбэки, не более. Основную часть мне рассказал Ч. Митовски. Тот поляк немецкого происхождения, который в то время ещё патрулировал улицы. Был обычный рабочий день, во время которого я сидел в этой же закусочной и отмечал день рождения своего старого друга. Нас было четверо. Мы выпили уже изрядное количество бурбона. Ты ведь знаешь, что если я до него доберусь, меня уже не остановить, "Джим Бим" в тот день был особенно хорош. Сидим мы, значит, веселимся, говорим тосты и так далее. Как вдруг бармен кричит на всю "Мечту Л. А.": 'Здесь есть детектив М.Мэйсон?'. Я отвечаю: 'Смотря кто его спрашивает'. Бармен отвечает: "Это из отделения". Мне становится страшно; только недавно я получил выговор за превышение служебных полномочий. Я подхожу к телефону:
- Детектив Мэйсон, пьяная драка в барделе на бул. Сансет, 35.
Я опёрся о стену, дабы не упасть.
- Эм..хмм..ну..что?
- Повторяю, пьяная драка в барделе на буль.Сансет, 35.
Я попытался собраться и выдавил из себя несколько слов:
- Понял, буду через 15 минут.
Я иду обратно к столику и говорю:
- Мне пора работать. Шлюхи без меня не могут обойтись и минуты.
Их лица потеряли жизнерадостность. Веселье ушло по-английски, не попрощавшись. Я был главным шутником в компании, они не хотели, чтобы я уезжал. Мне стало их жаль, я захотел показать им, что такое настоящее веселье. Я им говорю:
- Ладно, поехали со мной. Покажем голливудским блядям, кто тут главный.
Мы заваливаемся в мой "Форд" 39-го. 16:00. Нас четверо. Мы пьяны. Я должен разобраться со шлюхами. Если бы я сел за руль - мы бы врезались в ближайший столб, поэтому повёл именинник. Продержался он недолго. Отвлёкся, чтобы прикурить и заехал на тротуар."Везунчиком" оказался Митовски. Скорость была не особо высокой, поэтому мы только слегка дали ему под зад. Он отлетел на метра 3 от машины и чуть было не угодил головой в стеклянную витрину магазина одежды. Митовски быстро поднялся на ноги и достал пушку: "Полиция Лос-Анджелеса, бла бла бла..."
- Расслабься, Чарли, это я, Мартин Мэйсон. Не ворчи, поехали с нами в бордель, развлечёмся! - сказал я с пассажирского сидения.
- А поехали! - на удивление уверенно ответил Митовски.
Через 10 минут мы уже на бул. Сансет около дома 35. На входе в бордель дерутся 3 парня и 2 девушки. Творится полнейшая вакханалия: один парень пытается закинуть другого в мусорный бак в то время, как третий, находящийся в состоянии алкогольного опьянения похлеще моего, пытается попасть деревянной дубинкой по голове второго. Но это у него не выходит и с пятой попытки. В тоже время с другой стороны дороги одна шлюха тягает по асфальту другую за волосы. Она хитрая, побрилась налысо. И соперница сделать тоже самое с ней не сможет. Зато она сможет ударить её каблуком прямо по вагине, что она только что и сделала. Жуткий визг на всю улицу. Он меня взбесил. Я достал свой "The Smith & Wesson" десятой модели и пульнул в воздух. Настала такая тишина, будто бы только что на землю упал метеорит и все люди вымерли, как динозавры. Я покрывал этот бордель. Тут было больше, чем просто девочки, которые отсасывали тебе за 10 долларов. Это была крупная организация. Так же они занимались угоном машин и продажей наркотиков.
- У моего друга сегодня день рождения! И я требую только лучших пёзд для него и всех моих друзей! - заорал я на всю улицу.
- Да! И побыстрее. - вякнул Митовски.
Из борделя вышли 2 темнокожих охранника и любезно предложили нам зайти. Мы попали внутрь. В помещении преобладали красные оттенки, громко играл джазз, на сцене танцевала стриптиз сексуальная латинка, с подносами разгуливали горячие полуголые официантки. На сосках у них были наклеены разноцветные звёзды. Нас провели в VIP-ложу и подали поднос с кокаином. Через 5 мин пришло 10 девочек. Как же они были хороши и как же было хорошо нам. На следующее утро я проснулся под главным входом в бордель. Друзья пропали, кошелёк украден, машина угнана.
- Ну ты даёшь! Настоящий коп, прямо как я! Знаешь, таких как мы, осталось совсем мало. На смену приходит, насмотревшийся комиксов, молодняк. Слишком уж близко к сердцу они принимают девиз 'Вежливость, профессионализм, уважение' - произнёс Уэлш.
- Согласен, копы уже не те. Ну, чем дальше займёмся? - глядя на часы ответил Мэйсон. На них было уже 03:15.
- Бордель ещё работает?
- Да.
- Поехали?
- Поехали!
Они вышли из "L.A. dream", сели в свой "Форд" и двинули.
Бармен снова посмотрел на них осуждающим взглядом, но так ничего им и не сказал...



Краткая выдержка:

Как вдруг бармен кричит на всю 'Мечту Л. А.": 'Здесь есть детектив М.Мэйсон?'. Я отвечаю: "Смотря кто его спрашивает". Бармен отвечает: "Это из отделения". Мне становится страшно; только недавно я получил выговор за превышение служебных полномочий. Я подхожу к телефону:
- Детектив Мэйсон, пьяная драка в барделе на бул. Сансет, 35.
Я опёрся о стену, дабы не упасть.
- Эм..хмм..ну..что?
- Повторяю, пьяная драка в барделе на буль.Сансет, 35.
Я попытался собраться и выдавил из себя несколько слов:
- Понял, буду через 15 минут.
Я иду обратно к столику и говорю:
- Мне пора работать. Шлюхи без меня не могут обойтись и минуты.
Их лица потеряли жизнерадостность. Веселье ушло по-английски, не попрощавшись. Я был главным шутником в компании, они не хотели, чтобы я уезжал. Мне стало их жаль, я захотел показать им, что такое настоящее веселье. Я им говорю:
- Ладно, поехали со мной. Покажем голливудским блядям, кто тут главный.
Мы заваливаемся в мой 'Форд' 39-го. 16:00. Нас четверо. Мы пьяны. Я должен разобраться со шлюхами. Если бы я сел за руль - мы бы врезались в ближайший столб, поэтому повёл именинник. Продержался он недолго. Отвлёкся, чтобы прикурить и заехал на тротуар."Везунчиком" оказался Митовски. Скорость была не особо высокой, поэтому мы только слегка дали ему под зад. Он отлетел на метра 3 от машины и чуть было не угодил головой в стеклянную витрину магазина одежды. Митовски быстро поднялся на ноги и достал пушку: "Полиция Лос-Анджелеса, бла бла бла..."
- Расслабься, Чарли, это я, Мартин Мэйсон. Не ворчи, поехали с нами в бордель, развлечёмся! - сказал я с пассажирского сидения.
- А поехали! - на удивление уверенно ответил Митовски.

Поделиться: