Признаюсь сразу – день выдался неудачный. Не задался он с самого начала. Буквально открыв глаза, я поняла, что мое вчерашнее хорошее настроение испарилось до последней капли. Ну ладно, ладно, не буду врать. Его осталось совсем на донышке, и эти последние драгоценные капельки кто-то выпил. Глупый автобус отвез меня на глупую остановку на другом конце города за глупыми покупками в глупом магазине. И вот еще какая глупость – там не оказалось именно того, за чем я приехала. А приехала я за любимыми духами моей подруги, у которой вскоре намечался день рождения. А ведь эти духи продаются в нашем городе только здесь.
Бесконечно расстроенная, я вернулась домой – и обнаружила, что забыла ключи. Просто, когда я уходила, мама закрыла за мной дверь, а теперь она куда-то ушла. Вот так получилось, что я просидела на лестничной площадке два часа к ряду. Глупо-глупо-глупо-глупо.
Хватаюсь за голову. Как жарко-то. Уже вечер, а настроения ни на грамм не прибавилось. Одеваюсь, выхожу из дома, На расспросы домашних без особых эмоций отвечаю:
- Гулять.
Быстро иду по запыленным душным улицам. Начинаю жалеть, что вообще решилась выйти. Бесит всё – громкая музыка, смешки, разговоры. Забиваюсь в самый дальний угол парка и обессилено падаю на скамейку. Голова кружится. За лето головокружение стало привычным – но от этого не менее надоедливым. Как хорошо, что здесь никого нет. Скоро парк окутают сумерки, но мне всё равно. Я откидываю назад голову и просто вдыхаю воздух. Закрываю глаза – и кажется, что лечу. Лечу куда-то вдаль. Вдруг прохладная рука опускается мне на запястье:
- Привет.
Чуть не падаю с лавки. Вот напугал же кто-то! Что за мания подсаживаться к незнакомым девушкам? Смотрю на нахального незнакомца – странный он какой-то. Странный и грустно-безразличный. Как это – грустно-безразличный, спросите вы? А я отвечу. На лице у него – ни эмоции. Он щурится, видимо, наслаждаясь закатом, но в основном – кажется, что ему всё глубоко безразлично. А потом он смотрит на меня огромными зелеными глазищами – и я вижу в них вселенскую грусть. Прямо-таки вселенскую. Не удивляйтесь, я кое-что в этом смыслю.
- Ты кто? – спрашиваю ошарашено, забыв поздороваться.
Нахал усмехается.
- Я – Кот.
- Кто-кто? – думаю, шутит.
- Кот, говорю. Кот, который гуляет сам по себе. Слышала о таком?
- О кошке слышала. О коте – нет, - отвечаю совершенно честно.
Кот хмыкает. Его черные вьющиеся волосы шевелятся от ветра, как маленькие змеи. Странный он, этот мистер Кот.
- Вообще-то это моя скамейка, - напоминаю на всякий случай, чтобы он не забыл.
- Ты её покупала? – снова щурится.
- Нет. Я первой её заняла.
- Ну, тогда никаких проблем. Хотя, твоя – так твоя. У меня тоже есть свое местечко, хоть я его и не покупал. Хочешь, покажу?
- Ты маньяк? – настороженно отодвигаюсь, собираясь бежать.
- Нет, а ты? – так же с опаской спрашивает Кот, тоже отодвигаясь.
- А я – да.
Кот смеется. Мне нравится его смех – светлый, чистый. Сразу и к его обладателю как-то меняется отношение.
- Маешься от жары? – спрашивает он, вглядываясь в зеленоватую гладь пруда прямо перед нами.
- А кто не мается? – отвечаю.
- Ты права. Жарко всем. Особенно котам.
- Слушай, хватит врать! Ну какой ты Кот? Не хочешь говорить свое имя – не говори, я настаивать не буду.
- Самый обыкновенный, - говорит. Обиделся, что ли? А потом неожиданно вскакивает на ноги и хватает меня за руку.
- Ты чего? – упираюсь я.
- Идем. Пожалуйста, пойдем со мной.
Хочу позвать на помощь – и с ужасом понимаю, что рядом никого нет. Я же забралась в самую глубь парка. А Кот, похоже, отступать не собирается. Может, он и правда маньяк? Пытаюсь вырвать руку, но он держит крепко. Потом неожиданно отпускает.
- Не хочешь – не надо, - грустно вздыхает он. Снова эта вселенская печаль!
- Идем, - ругаю сама себя, но снова сжимаю его прохладную ладонь. - Только смотри, будешь приставать – получишь!
- Не буду, - сразу повеселел мой спутник и почти бегом потащил меня в сторону домов, видневшихся за прудом. Я часто бывала в том районе – там жила моя тетя. И сейчас еле успевала перебирать ногами по знакомой дороге.
- Не лети ты так! – пытаюсь остановить Кота.
- Извини, - замедляет он шаг, - вечно я куда-то спешу.
Мы подходим к дому, соседнему с тетиным. Я подозрительно смотрю на парня, но он уверенно направляется к подъезду и нажимает кнопки на кодовом замке. Значит, местный.
Лифт отвозит нас на пятнадцатый этаж.
- Высоты боишься? – оборачивается Кот.
- Слегка, - отвечаю я – и вру. Высоты я боюсь ужасно, и есть только две более страшных вещи в мире – лестницы и пауки. Хотя нет, еще змеи, темные закоулки и темные комнаты, а еще всякие там призраки и привидения… На фоне этого можно сказать, что высоты я не боюсь.
- Тогда осторожно иди за мной, - кажется, совсем не смущается мой спутник и ловко вынимает заслонку, позволяющую попасть на чердак. Но, к моему удивлению, я оказываюсь не на чердаке, а на плоской большой крыше. Тут гораздо прохладнее, чем внизу. Даже мой Кот ежится от налетевшего порыва ветра.
- И что это за место? – с опаской спрашиваю я.
- Мое особое место. Тут никогда никого нет, - быстро идет он к краю и присаживается прямо на крышу, когда до ободка остается каких-нибудь шага три. – Здесь можно спокойно подумать или помечтать. Знаешь, что все коты любят мечтать?
- Как-то не догадывалась, - пожимаю плечами, не решаясь подойти ближе. Кот, похоже, замечает мое замешательство и улыбается.
- Не бойся, - мягко говорит он, - отсюда еще никто не свалился.
- Надо же, какая осведомленность, - всё-таки иду я к краю крыши. От высоты дух захватывает. Там, внизу, люди похожи на кукол. Зато соседние крыши – как на ладони. И видно далеко-далеко – всё-таки самый высокий в районе дом. Видно трубы заводика соседнего города. До него ехать пол часа, а я словно вот так просто преодолела расстояние. Видно крышу моей школы – а само здание скрыто деревьями. До неё тоже далеко отсюда, но я словно еду на колесе обозрения, когда в округе видно всё-всё-всё.
- Нравится? – неслышно подходит Кот, я вздрагиваю и чуть не шагаю вперед, к невысокому бордюру.
- Извини, - снова смеется он, - не хотел тебя напугать. Хорошее местечко, говорю.
- Ага, мечта самоубийцы, - всё еще раздосадовано киваю я.
- Да ладно! На данной крыше у меня таких мыслей не возникало. Наоборот, здесь как-то свободно, словно нет никого в целом мире, кроме тебя.
- Да ты философ, Кот, - теперь уже смеюсь я.
- Все коты немного философы, - лениво отвечает он, ложится прямо на плоскую поверхность крыши и смотрит ввысь.
Я ложусь рядом с ним, но думаю совсем не о свободе, а об одежде, которая испачкается. Видимо, я совсем приземленная девушка. Хотя, котам-то не приходится об этом думать. Пару движений мокрой лапой – и готово. Вот еще Кот, совсем задурил мне мозги. Начинаю смотреть на него не как на человека.
Но неожиданно я забываю обо всех прозаичных мыслях. Прямо над моей головой проплывают небольшие облачка – белые-белые и пушистые-пушистые. А небо такое синее, что просто слепит глаза. И неожиданно я понимаю, о чем твердил мой спутник. Действительно, особое место. Нигде я не ощущала себя такой свободной. Нигде и никогда.
- Нравится? – шепотом спрашивает Кот, словно опасаясь нарушить очарование.
- Очень, - шепчу ему в ответ. Чувствую, как он сжимает мою ладонь.
- А я давно за тобой наблюдаю, - признается новый знакомый. – Ты часто сидишь на той скамейке. Её отсюда хорошо видно.
- Говорю же, ты странный, - без тени раздражения отвечаю я, хотя, скажи мне кто-либо другой, что иногда пялится на меня с высоты крыши, я бы покрутила пальцем у виска, а то и отправила бы подальше.
- Нет, - говорит Кот, и по голосу слышу, что он улыбается, - я не странный. Я одинокий.
- На то ты и кот, - вполне логично замечаю я.
- По-видимому, да.
Лежу, забыв обо всем на свете – о жарком неудачном дне, который постепенно клонится к закату, о дне рождения подруги, которая может остаться без подарка. Думаю только о бескрайнем небе. И о прохладной ладони, сжимающей мою ладонь.
- Если хочешь, можешь приходить сюда, когда вздумается, - снова нарушает молчание Кот, - я не буду против.
- Спасибо, - отвечаю рассеяно.
- Ты придешь? – приподнимается он на локте и пристально смотрит на меня огромными зелеными глазищами.
- Приду, - отвечаю совершенно искренне и поднимаюсь на ноги. – Мне пора. Я не планировала отсутствовать так долго.
- Понимаю… Но ты придешь?
- Говорю же – приду, - странно, я не злюсь даже на этот повторяющийся вопрос. Наоборот, мне как-то приятно. – А когда ты здесь будешь?
- Почти всегда. Я сижу здесь так же часто, как ты на своей скамейке.
- Хорошо, - рассеяно киваю. – Спасибо тебе. Мне здесь понравилось.
Кот улыбается.
- Ты разрешишь мне приходить на твою скамейку? – чуть иронично спрашивает он.
- Конечно. Я же её не покупала, - не желаю оставаться в долгу.
Он помогает мне спуститься с крыши на лестничную клетку, и мы едем на первый этаж.
- До встречи, - говорю я, а уходить, как ни странно, не хочется.
- До встречи, - отвечает мой спутник и замирает у двери подъезда, заложив руки за спину.
Я делаю пару шагов в сторону дороги, а потом оборачиваюсь. Он стоит всё там же.
- И всё-таки, кто ты такой? – спрашиваю напоследок. Его улыбка становится еще теплее.
- Говорю же тебе, я Кот, - сверкают зеленые глаза. - Кот, который устал гулять сам по себе…


Поделиться: