У меня последняя, неоперабельная стадия заболевания раком. Если я все-таки буду настаивать на операции, то умру - или под ножом хирурга, или просто не выйду из комы после операции. Боже, как все болит и как не хочется умирать. Друзья, а друзья ли на самом деле, давно оставили меня. Впереди - хоспис и неизбежное. Я готовый и буду делать все, чтобы только еще немного пожить. Бог или сатана, но дай мне жить сколько еще. Неужели в 45 лет ничего нельзя сделать.
Он выткался из воздуха и теперь стоял перед моей кроватью – одновременно такой реальный и такой химерный. Светловолосый и сероглазый, с классически правильными чертами лица, человек неопределенного возраста, в стильной, однако без претензий, одежде, произнес:
- Я – посланец дьявола. Да-да, именно оттуда, как ты и подумал.
- А почему ... – еще успело проскочить в моей в голове, как гость нетерпеливо перебил: - Много вас и у всех одно и то же на уме. И не настолько все сложно, чтобы "самому" в каждом отдельном случае присутствовать лично.
В голове все моментально перепуталось: судороги от нестерпимой боли и разговор с каким-то призрачным потусторонним созданием и все это на пороге собственной смерти...
- Как же с вами, смертными, бывает трудно найти общий язык. Я так понимаю, что ты вообще не веришь в мое существование. Ну, хорошо, “Нет» так “нет” – тогда до встречи – и начал медленно становиться все более прозрачным.
- Подожди, подожди, пожалуйста” – мой голос предал меня, невольно перейдя на непривычно высокий регистр. Что еще оставалось мне в той непонятной ситуации, как не цепляться за любую возможность еще немного прожить на этом свете.
Надо было немедленно “собраться “ с мыслями, однако я не нашел ничего лучшего, как спросить:
- А почему ты блондин?
- Да вот так, под настроение. А теперь, как это у вас говорят, ближе к телу. Ты внимательно слушаешь меня и сразу принимаешь решение. Второй попытки у тебя, поверь мне на слово, уже не будет никогда, - нетерпеливо отозвался черт.
- Тебе остается жить всего несколько недель и отныне ничто не уймет твою все нарастающую боль. Прожил жизнь ты, сам знаешь как, а потому надеяться, в принципе, нету на что. Извини, но содержание твоей головы, так сказать – твой разум, как это не прискорбно звучит для тебя, ни для кого, ни по эту, ни по другую сторону бытия, не представляет никакого интереса. Я же предлагаю тебе долгую, очень долгую жизнь на определенных условиях, не выполнив которые, а именно – пожелавши по собственной воле прервать свою жизнь, ты лишаешься своей души в мою пользу.
В полнейшей тишине ничто не мешало его словам отчеканиваться в моей памяти.
- Ты останешься жить, но всю жизнь будешь пить свою мочу. Более того, ты будешь вынужден пропагандировать этот, так сказать, способ лечения. Однако, ты никогда, даже самую малость, не привыкнешь к этому, но при каждой попытке обмана, не на словах знакомая, нестерпимая боль заставит тебя выполнять условия договора.
- Но почему именно в такой способ?
- А потому, что за все нужно платить. За что именно тебе, за просто так, возвращать жизнь, в то время как миллионы умирают в подобной ситуации. Короче – согласен или нет?
- Да, но при одном условии.
- Говори быстрее, хоть это и не в моих правилах – добрый я сегодня.
- Могу ли я узнать, что меня ждет, если я не смогу долго выдержать такую жизнь?
- Конечно же, смерть – неминуемая и болезненная, в тот же день, как ты примешь окончательное решение прекратить борьбу - без задержек и обязательно чужими руками. Боль сразу прекратиться и это будет для тебя сигналом, что возврата назад уже не будет.
- Таким образом, я даже, при всем желании не смогу наложить на себя руки?
- Так, именно так и никак иначе. Каким способом ты желаешь умереть? Отрубание головы, утопление, смерть от огнестрельного оружия или что-то другое?
- А можно меня собьет дорогой автомобиль – последняя модель “Бентли”?
- А чего так? Хотя и это исполняется без проблем. Желание клиента – закон, не так ли говорят у вас?

Как сейчас помню ту, как никогда ранее, пронизывающую испепеляющую боль, что мгновенно вырвала мой изболевшийся разум из объятий того зловещего наркотического бреда. Очередная конская доза наркотика уже была бессильной преодолеть эту ужасающую боль, что заставила меня еще того же самого дня впервые воспользоваться своей мочой таким непривычным для меня способом. В дальнейшем, благодаря уринотерапии я таки преодолел болезнь, хотя стоит ли об этом говорить, что далось и дается это мне каждый день так же само трудно, как и когда-то впервые. Чего впоследствии я только не делал, чтобы отдалить боль, что неминуемо возникала при каждой попытке быть независимым от этого неестественного существования, но все зря.
Хуже всего, что боль всегда возникает одновременно с первым позывом организма и чем дальше, тем большее отвращение я чувствую по отношению к себе и своей никчемной жизни.
Попытка смерти от наркотического передоза привела лишь к нескольким дням кошмарной комы. Сознательно выпав из многоэтажки, я, на удивление всех, только сломал ногу в нескольких местах и отменно ушибся. О попытке утопиться с моста и говорить не стоит – никто и не заметил, как неизвестная сила вытолкнула меня под самый берег. В дальнейшем каждая мысль о самоубийстве лишь заставляет меня снова и снова бежать в туалет.
Сегодня я принял окончательное решение, что дальше так продолжаться не может – если я не могу наложить на себя руки, то может мне попытается помочь это сделать кто-то другой?

На другой стороне улицы, почему-то невидимая для всех, кроме меня, стояла двухметровое рогато-мохнатое чудовище, в котором, однако, я подсознательно сразу узнал недавнего элегантного пришельца. И тут я вспомнил все в наименьших подробностях.
Осатаневши от неудержимого ужаса, я заставлял свое непокорное тело в очередной раз безудержно плутать след улочками, проходными дворами и закоулками родного города, чтобы снова и снова оказываться лицом к лицу с с ним.
Мой неудачный побег закончился на обочине прямой, словно стрела, что уходит вдаль, дороги, перед тем, как силы окончательно оставили меня. Появившись словно ниоткуда, одинокий силуэт, услужливо подсказанной памятью, модели иномарки уже летел на роковую встречу с моим телом.
- Пора – только и промолвил служитель ада, и мое тело покорно сделало, такой необходимый кому-то, шаг вперед.

В последнее мгновение в глаза упал значок со скошенной вправо буквой “L” на решетке радиатора. Так вот оно как, обманул-таки, а впрочем, что это меняет? Ничего, но как-то ......неприятно, разве не так?

Поделиться: