Мое время подходит к концу, я чувствую это, как чувствуют старые псы. Доченька моя, я знаю, мы не говорили много лет и, возможно, тебе покажется, что оставлять письмо, написанное рукой, в конце XXI века – это старческий бред. Что поделаешь, твой отец был старомоден еще в своей молодости и в конце жизни хочет позволить себе этот драматический ход. Ну и, конечно, я просто не смог бы говорить с тобой напрямую так, после всего, что я наговорил в нашу последнюю встречу. Я начну сначала, хоть большую часть этой истории ты уже знаешь.
Мы познакомились с твоей мамой, даже трудно представить, почти 70 лет назад. В те далекие времена я был мечтателем, ради одной навязчивой идеи готов был почти на все. Увы, ни одна из них не захватывала меня на достаточно долгое время. Все изменилось, когда я встретил ее. Она удивительным образом сочетала в себе мягкость и решительность, и этим ты пошла в нее, унаследовав также мою любовь к открытиям. Я сам не заметил, как мой мир стал вращаться вокруг нее. Мы объездили весь белый свет и, куда бы нас ни заносила жизнь, наша любовь становилась все крепче. Прошло целых 10 лет, прежде чем ты появилась в нашей жизни.
Тихий домашний уют пришел на смену вечной гонке. Мы всегда боялись “быть как все” и, неожиданно для себя, сделали самое важное открытие – эта жизнь принесла нам даже больше счастья.
Ты росла самостоятельным и упрямым ребенком. Хоть мы часто спорили, когда ты подросла, всех слов мира не хватит, чтобы описать мою любовь к тебе. Когда тебе исполнилось 20, тебя взяли в проект Купола, в котором работала твоя мама. Знаю, ты подумала, что она приложила к этому руку, но уверяю – это было не так, все это твоя заслуга. Купол – гениальная задумка, его возведение позволило сохранить экологию во всех крупных городах. Как ты знаешь, специфика состава купола такова, что в нем не может выжить ни одно растение. Многие сочли это приемлемой жертвой за нормальную жизнь. Многие, но не твоя мама. Тебе было невыносимо ее упрямство, но посмотри в глаза правде, ты ничем не отличалась от нее. Когда началась массовая гибель растений, мы приняли решение рискнуть всем и покинуть город. Мы не имели права требовать от тебя последовать за нами, я понимал это и тогда, но когда любишь кого-то так, как мы любили тебя, трудно мыслить здраво. Надеюсь, спустя столько лет, глядя на своих детей, ты понимаешь, почему мы требовали этого. Тогда произошел наш последний разговор и все те оскорбления, что мы наговорили друг другу, тяжким грузом лежат на моем сердце и по сей день.
Мы вернулись к прежней жизни. Трудно передать тот мрак, что творится за пределами городов. Но даже там можно жить. Мама занялась сбором и выращиванием растений. Гордость не позволила ей попросить прощения, а чувство вины лишь придало упорства.
Нам было очень тяжело. Первое время в лице природы еще угадывались былые черты, но с каждым годом пейзаж все больше напоминал пустыню. Жизнь тут не прекратилась, но огрубела, как и нравы живущих здесь людей. Очень мало идиотов, вроде нас, сознательно пошли сюда. Жертвы, на которые твоя мама пошла ради идеи, сделали ее одержимой, идеалы постепенно поглощали здравый рассудок, но она одна из немногих смогла добиться успеха. В конце концов, я почти не узнавал в ней ту женщину, которой она была.
Однажды она подошла ко мне, крепко обняла и тихо заплакала на моем плече. Мы простояли так около получаса, а когда я взглянул в ее глаза, я увидел ее прежней. Все ее растения, кроме небольшого папоротника, погибли, а у нее не оставалось сил и времени на новую попытку. Мы говорили всю ночь, вспоминая прошлое, и решили вернуться в город. Мы плакали и радовались, что снова увидим тебя, думали, какие слова скажем, как сможем хоть немного наверстать упущенное. Я заснул с первыми лучами солнца, которое настойчиво, хоть и неубедительно, пробивалось через тучи пыли. Когда я проснулся, она уже не дышала. Через несколько дней я нашел записку в оранжерее, - она извинялась, что оставляет меня одного и просила вернуться к тебе и хотя бы попытаться объяснить, как она сожалеет, что бросила тебя.
Это было 12 лет назад. Я попытался попасть в город, но оказалось, что старику, вроде меня, нет места под Куполом. Все эти года я собирал информацию о тебе, но с каждым днем решимость связаться с тобой таяла. 35 лет я не видел тебя, не обмолвился ни единым словом и лишь изредка мы обменивались сообщениями. У тебя своя жизнь и я не имею права врываться в нее, возвращая в наше тяжелое прошлое.
Я стал ухаживать за папоротником, чтобы сохранить память о моей любимой. Мне пришлось связаться со всеми, кто занимался тем же, чтобы получить нужные знания и оказалось, что все их растения тоже погибли. Возможно, этот папоротник - самое последнее растение на Земле, суть всей идеи, что двигала вперед твою маму. Только благодаря ему я все еще жив, бросить все означало бы предать ее.
Один мой знакомый получил разрешение жить в городе, он и передаст тебе это письмо. Сегодня я бросил попытки оживить папоротник, он умер, а значит, скоро за ним последую и я. Не знаю, сможешь ли ты простить нас, но я хочу, чтобы ты знала, – мы всегда любили тебя и гордились тем, что ты наша дочь. Ты – самое светлое, самое лучшее и счастливое мгновение нашей жизни, и это не изменит ни время, ни расстояние проведенное вдали. Надеюсь, прочитав это, ты хоть немного поняла своих сумасбродных родителей. Прощай, моя милая, мы будем оберегать тебя, хотя бы из другого мира.

С любовью,
папа.

Поделиться: