В каменных стенах царит полумрак,
И тишина гробовая пирует.
Я еле живой, на лице боль и страх,
И мысль в голове, что меня четвертуют
За то, что нет веры в Господа Бога.
За то, что сорвал я с груди своей крест,
Мне будут дробить медленно ноги,
Пока инквизиторам не надоест.
Но как за подобное можно казнить?
Бросать на костры? Выворачивать тело?
Ведь если взять и обо всем посудить,
То в корне изменится суть данного дела.
Можно жить, веря в Иисуса Христа,
При этом тонуть в сладкой луже порока.
А можно плеваться при виде креста,
Но так и не глотнуть капель порочного сока.
Но разве поймут мою мысль палачи
И снимут с моих запястий оковы?
Нет! Рвутся в камеру первые солнца лучи,
И где-то вдали заскрежетали засовы.
Затем я услышал чьи-то шаги,
И вот отворилась железная дверь.
Страх быстро зажал мой разум в тиски,
И мне померещился лютый зверь.
Морда страшней, чем у старых волков,
На шерсти осел человеческий прах,
В черной пасти сотня острых клыков,
Огонь преисподней пылал в тех глазах.
Рычанье его спицей пронзило ухо,
Мне заявив о грядущих страданьях.
А после рык стих, и вновь стало глухо,
Смешались все краски. Я лишился сознанья.
Меня окатили холодной водою,
И чем-то тяжелым ударили в грудь.
Мне померещилась дева с косою,
Пришедшая забрать меня в последний путь…
Новый удар – на губах привкус крови,
К столу привязали меня палачи,
Сказав, что это были прелюдии к боли,
Поставили под пятки две жгучих свечи.
Обуглилась кожа. Я заорал со всех сил,
Они же смеясь, за мной наблюдали,
Один порою те свечи гасил,
А двое других их опять поджигали.
- Ну что, еретик, - произнес инквизитор,
- Быть может, ты хочешь сознаться в грехе?
Пока не надели на тебя рваный свитер
И не очистили душу в костре.
На слово поверь, свечи – просто забава,
Ужасные пытки еще впереди,
Лицо твое крысы еще не обожрали,
А это смешно, если смотреть со стороны.
Ну что, еретик? Я не слышу ни слова
Срывающегося с пляшущих от страха губ?
Может мне свечи поджечь стоит снова?
Ты уже не жилец, но еще и не труп…
И он называет себя слугой Бога?
Воином света в битве со злом?
Да душа его сгнила давным-давно от порока,
Он кровь проливает, прикрываясь крестом!
Пытали меня еще целые сутки,
Кости дробили и кожу мне жгли,
При этом, цитируя богохульные шутки,
Вонзали в плоть иглы, спицы, ножи…
На площади было много людей,
Все пришли поглазеть на меня.
Выли, визжали как стая зверей,
Ждали, когда упаду я в объятья огня.
Тупые скоты с гнилыми мозгами,
Вам ложью великой зашили глаза,
И души ваши не очистить кострами,
Недостойны вы были жертвы в виде Христа!


Поделиться: