« Я могу тебя очень ждать,
Долго-долго и верно-верно,
И ночами могу не спать
Год, и два, и всю жизнь, наверно!

Пусть листочки календаря
Облетят, как листва у сада…» -
Вдохновением мир серебря,
Так писал о любви Асадов.

До наивного честен поэт,
Что не чувствовал, то не напишешь.
Говорят, что любовь – в душах свет,
И, как будто дается бы свыше.

Говорят, что есть смысл во всем.
Может так, а быть может, иначе.
Только мы не по смыслу живем,
От того и смеемся, и плачем.

Трудно сердцем принять свой удел,
Находя что-то высшее в бедах.
Про любовь я и сам бы напел,
Да уже все напели при дедах.

Понимаю под лунный бокал:
Очень мало и много мне далось,
Как поэт, о любви я мечтал,
Как поэту, любовь отмечталась.

Может быть с огорченьем измен,
Может в пьянстве ту нежность утратил.
Часто-часто сердечный мы плен
Заменяем свободой кровати.

Только истины в жизни просты -
В обе стороны ручки у двери.
Коммунисты снимали кресты,
Мы же ищем спасение в вере.

Вот и мне бы с другой стороны
Подойти, чтобы сердце любило,
В переливах гитарной струны
Рассказать Ей, как трудно мне было,

Чтобы душу покинула грусть,
Чтобы в счастье беспечно поверил.
Только я все топчусь и топчусь
Лишь с одной стороны этой двери.

« Я могу тебя очень ждать,
Долго-долго и верно-верно,
И ночами могу не спать
Год, и два, и всю жизнь, наверно!

Пусть листочки календаря
Облетят, как листва у сада…» -
Эх, расцвесть бы, как в мае заря,
Чувством, что описал Асадов.

Поделиться: