Я проснулся среди ночи от боя старых часов. Динтер, огромный кот моей мачехи, шумно спрыгнул с подоконника и гнусаво мяукнул. Я лежал в гостиной на диване – видимо, так и не добрался до своей комнаты и уснул прямо здесь. Что ж, оставаться дома я не намерен, да и время игры уже близко.
В коридоре послышались тихие шаги, в комнату вошла Тамара, мачеха. Она скользнула по мне взглядом, подхватила на руки кота и удалилась. К слову сказать, мы жили в доме Тамары, построенном её отцом. Единственный красивый и ухоженный дом в этом грязном полуразрушенном городе, его окружали покосившиеся лачужки и горы мусора, людям он казался эдаким островком счастья. Но счастья здесь не было.
Я встал с дивана, осторожно прошел коридор, обулся и вышел на улицу. Моему взгляду предстало звёздное небо. Дом и небо – вот всё, что было красивого в этом городе.
Я свернул в переулок и не успел пройти несколько шагов, как передо мной с диким криком выскочила Лада, моя подруга, мой товарищ. На меня смотрели озорные девчоночьи глаза, короткие рыжеватые волосы торчали во все стороны, а губы растянулись в довольной улыбке. Лада всего на год младше меня, но больше похожа на ребенка: нескладная фигура, детское личико; её издалека и за девушку не примешь.
– Напугала, Лада, – сказал я с показным недовольством.
– Решила устроить тебе взбучку перед боем, чтобы ты не был слишком вялым, – она снова хитро улыбнулась. – Пойдем, игра скоро начнется.
И мы пошли: петляли по узким улочкам города, проходили через дворы, прятались под мостом от патрульных и, наконец, добрались до обветшалого девятиэтажного здания. Там мы спустились в подвал, и подошли к огромному люку.
Это вход в удивительный мир, который захватил в свои сети добрую половину нашего города. Игра, она как болезнь, как наркотик; один раз познав её, уже не сможешь забыть. Когда выходишь оттуда, реальность кажется такой серой и безрадостной – дом, семья, всё, что тебя окружает, вызывает лишь отвращение. А игра похожа на сон, сон, в котором можно умереть. Каждый пользователь знает, что вероятность гибели в игре намного больше, чем в реальном мире – мобы и другие игроки постоянно пытаются тебя убить, но теперь это мало кого волнует, потому что когда ты думаешь об этом мире, мозг отключается, и появляется лишь желание снова туда попасть.
Мы оплатили билеты и спустились в люк. На лестнице было очень темно, я с трудом различал хрупкую фигуру Лады. Она что-то рассказывала про свою школу:
– А наша биологичка что учудила – решила организовать творческий подход к урокам. Теперь на каждое занятие мы что-то рисуем или пишем короткие сочинения. Только этого нам не хватало, школа пытается отнять у нас последнее свободное время. Тебе хорошо – ты на уроки почти не ходишь, а мне же нужно оправдывать надежды родителей.
За этой болтовнёй я не заметил, как лестница кончилась, нога провалилась в пустоту и я сорвался. Следом за мной с оглушительным визгом спрыгнула Лада. Мы падали вниз, как Алиса в кроличьей норе, и казалось, что внутренности остались висеть у тебя над головой, а ты уже улетел вниз. Неожиданно падение закончилось. То есть сосем неожиданно – ещё мгновение назад мы летели с невероятной скоростью, а теперь просто висим в воздухе. Я ощутил легкое покалывание по всему телу, а потом началось что-то уж совсем странное: мои руки и ноги начали расти с невероятной скоростью и становились какими-то квадратными, тело налилось тяжестью, а в глазах потемнело. Когда я посмотрел на то место, где стояла Лада, то увидел огромного робота. Включился яркий свет, я увидел двух таких же роботов и зрительские трибуны вокруг нас. Протрубил рог – бой начался.
Мгновение всё было неподвижно. Первыми очнулись наши противники – они медленными шагами двинулись вперед. Я посмотрел на Ладу и попытался что-то сказать ей, но не смог выдавить ни звука. Железное лицо подруги не выражало никаких эмоций, но мы поняли друг друга и двинулись навстречу противникам. Неожиданно один из них разбежался и в прыжке ударил меня в грудь. Я упал на землю, а он откатился в сторону. Зрители на трибунах одобрительно загудели. «Нужно скорее вставать», – пронеслось у меня в голове. Я поднялся, напавший на меня робот готов был снова броситься в бой. Во мне проснулась необъяснимая ярость – я жаждал отомстить этой груде железа, моё тело горело от напряжения. Я понесся на него, выставив правую руку вперед и прикрыв корпус левой. Когда до столкновения оставалось совсем немного, мой противник выставил вперед обе руки, закрываясь от удара, я зашел слева и нанес удар в голову, вложив в него всю силу. Робот пошатнулся, он был дезориентирован. Не тратя времени даром, я ударил ему в спину своими огромными кулаками, наносил удары один за другим, ярость не покидала меня. Противник мешком осел на землю и, видимо, не собирался подниматься. Толпа зрителей неистовствовала, видимо, зрелище было ярким. Я оглянулся. В нескольких метрах от меня сражались Лада и второй робот. Подруге приходилось несладко: её противник наносил ей беспорядочные, но сильные удары, Лада прикрывалась руками, но это мало помогало. Я поспешил на помощь. Вдвоём мы быстро смогли вывести робота из строя. В тот миг, когда он упал, раздался оглушительный звук рога, и неведомый голос закричал: «Поздравляем победителей!» Он повторял это снова и снова, а мы тем временем стали проваливаться сквозь пол арены, который стал похож на желе.
Последние слова потонули в бульканье желеобразного пола, и мы с подругой снова в человеческом обличье оказались в странном месте, напоминающем какую-то абстракцию. Под ногами у нас была солнечная батарея, висящая в воздухе, а от нее, как дороги, тянулись сотни радуг, уходящие в бесконечность. Здесь не было ни горизонта, ни земли, ни неба – границ у этого пространства не предвиделось. Вокруг плавали геометрические фигуры разных размеров, и они постоянно меняли свою форму.
– Что это за место? – спросила Лада с нескрываемым восхищением в голосе.
– В игре не задают таких вопросов, здесь одна локация удивительнее другой, нам остаётся лишь созерцать и восхищаться.
Я посмотрел на подругу и снова встретил этот сияющий лучистый взгляд. Как я любил его!
– Выберем одну из дорог и пойдем, – сказал я.
– Куда же мы придем?
– Не знаю, куда-нибудь да придем.
Мы пошли по самой широкой радуге. Вокруг парили геометрические фигуры, слева от нас висели гигантские песочные часы, и вместо песка в них пересыпались какие-то диковинные фрукты, мимо пронеслась стайка кактусов с огромными глазами. Мы шли и шли, а радужная дорога все не кончалась. Наконец, вдалеке показалось что-то большое и белое.
– Смотри, – прошептала Лада, – там, кажется, конец пути.
– Пошли скорее.
Мы ускорили шаг, потом совсем бежали, совершенно неожиданно перед нами оказалась огромная зала с высокими мраморными колоннами, между которыми на золотых шнурах висели тяжелые пурпурные занавесы. Гирлянды цветов, рога изобилия, вазы, статуи, всюду масса позолоты, посередине тяжелый роскошный стол из яшмы и золоченой меди, заставленный канделябрами, хрусталем, золотыми и серебряными блюдами с дивными яствами. Залу наполняли люди, они сидели за столом, и у стен на резных лавочках, кто-то играл на арфе или скрипке.
– Пойдем скорее, – сказала Лада, радостно улыбаясь. – Смотри, как там весело.
– Что-то не нравится мне это.
– Да ладно тебе, не будь занудой.
Мы подошли к столу. Лада тронула за плечо светловолосого парня:
– Привет. Что это за место?
– Паутина блаженств. Вон вывеска, – он указал на доску, прибитую над входом изнутри залы с надписью «Добро пожаловать в паутину блаженств».
– Забавно, – хихикнула Лада и потянулась к шоколадному пирожному.
Я остановил её руку.
– Не стоит этого делать.
– Не бойся, от одного пирожного не растолстею, – смеясь, сказала подруга. – О, как вкусно, попробуй.
– Нет, Лада, нужно уходить, – строго сказал я и потянул её за руку.
– Ладно, ладно, – проворчала девушка, – но съешь хоть что-нибудь здесь.
Я наскоро прожевал кекс с изюмом и подтолкнул подругу к выходу. Но отдохнуть от соблазнов нам не дали, предлагали удовольствия самого разного характера. То тут, то там, выскакивали облаченные в платья и фраки мужчины и женщины.
– Посмотрите, несметные богатства, получите удовольствие запустить по локоть руки в золотые монеты.
– А может быть, вы хотите погладить шелковистый мех ручного тигра?
Я чуть было не сорвался, когда миниатюрная дамочка предложила мне пробежаться с гепардом наперегонки, а потом искупаться в радужных струнах водопада. А Ладе тем временем предлагали меха, длинную машину и молчаливого шофера, который повезет её по ночному городу под тихую мелодию джаза. Нам стоило больших усилий дойти до маленькой двери в конце залы и перешагнуть её порог. А дальше – выход.
Все, на сегодня наше путешествие закончилось. Я посмотрел на часы:
– Уже почти пять утра.
– Так всегда – времени не замечаешь. Эх, через три часа просыпаться, – зевая, пробормотала Лада. – Ну, давай по домам.
* * *
Будильник зазвонил ровно в семь. Я проснулся на удивление бодрым и выспавшимся. Спустившись на первый этаж, увидел отца уже выходившего из дома.
– Доброе утро, – сказал я. – Уже уходишь?
Да, ухожу, – сухо ответил отец. – Ян, хотя бы сегодня не прогуливай школу, у тебя контрольная.
Позавтракав, я зашел наверх за учебниками – решил последовать совету отца. Когда я вышел из дома, настроение у меня порядком подпортилось, так случалось каждый раз, когда я видел грязь и разруху нашего города. Я шел по улице, натыкаясь на пивные банки и полиэтиленовые пакеты, повсюду сновали тощие оборванные ребятишки, родители которых либо забывались в алкоголе, либо вкалывали на трех работах, чтобы хоть как-то обеспечить детей. Мне об ногу потерлась бездомная собака, облезлая свалявшаяся шерсть и голодный взгляд должны были вызывать жалость, мне следовало бы дать ей что-нибудь из еды, но я с отвращением оттолкнул псину и пошёл дальше. «И разве это жизнь? – думал я. – Так, жалкие попытки убить время в ожидании смерти. Эти люди никому не нужны, даже самим себе, они обитают в безысходности и умрут в безысходности. А я?.. Я ничем от них не отличаюсь». Вот и школа уже близко, обветшалое двухэтажное здание, того и гляди обрушится тебе на голову. Я действительно хотел идти на уроки, но почему-то свернул на соседнюю улицу. Там находилось ещё одно здание с входом в игру, к нему я и направился. Игра запускалась дважды в сутки: час ночи и восемь утра. Мало кто из пользователей играл в две смены, ну а я был одним из таких. Народу было немного, и я, оставив сумку с учебниками у привратника, спустился в люк.
Я оказался на берегу реки. Был знойный полдень, вокруг летали какие-то насекомые, похожие на пауков. На противоположном берегу виднелась какая-то хижина. Я пошел вдоль реки в надежде найти мост. Вдруг послышался всплеск, и где-то закричал ребенок. Я побежал на звук и совсем скоро увидел мальчика посередине реки; он дергался, бил руками по воде, явно тонул. Я, не раздумывая, как и был в одежде, поплыл к нему. Вроде бы, река была неширокая, но я плыл, а мальчик все не приближался. Течение набирало силу, двигаться становилось все труднее, мальчика я уже и не слышал. Я осознал, что образуется водоворот, уже не было сил плыть дальше, вода заливала глаза, нос, я почти не мог дышать.
Очнулся лежащим в какой-то пещере. Горел костер, и у стены сидела Лада. Я приподнялся на локте и посмотрел на подругу, одежда на мне была совсем сухая.
– Ты как здесь оказалась? – спросил я девушку.
– В игру вошла и сразу здесь, – ответила она, – тут ты лежишь, и костер горит. Пробовала разбудить, но не получилось, крепко же ты спишь, приятель.
– Надо затушить костер и идти.
– Не надо – я сижу здесь уже минут сорок, а он не стал слабее, хотя дров я не подбрасывала.
– Ну, тогда пойдём, не будем же мы все время здесь сидеть.
– Да, я уже насиделась.
Мы спустились из пещеры к горному озерцу, пошли по тропинке и вышли на большую поляну.
– Ой, смотри, там лошади, – воскликнула Лада, указывая на противоположную сторону поляны.
– Нет, – проговорил я, заворожено глядя на чудесных животных, – это единороги.
– Единороги! Так пойдем, покатаемся.
И она побежала к ним, радостно размахивая над головой шейным платком. За пару метров от стада она резко остановилась и двинулась к единорогам медленными шагами. Когда я подошел, подруга уже гладила статного жеребца.
– Ты ведь покатаешь меня, красавец?
Лада легко запрыгнула к нему на спину. Я подошел к другой лошади, она совсем меня не боялась. Последовав примеру моей спутницы, я оседлал лошадь, и мы поскакали в сторону леса. Странно, но ни я, ни моя подруга не думали о том, что мы можем заплутать. Вскоре мы вышли из леса и увидели еще одну пещеру.
– Давай посмотрим, что там.
Лада спрыгнула с коня и направилась к пещере, я подошел к ней.
– Что-то я уже устал здесь торчать. Сколько времени, интересно? – я посмотрел на часы.
Лада, увидев это, аж подпрыгнула.
– Ты что натворил! Забыл, что в игре нельзя смотреть на часы?!
– Да ладно тебе, это ерунда все, ничего от этого не будет, – я попытался её успокоить.
– Это не просто так говорят, теперь точно что-то плохое случится.
– Суеверная ты моя.
– Ладно, пойдем, чего у входа торчать, – буркнула подруга и прошла в пещеру. Я двинулся за ней.
Там было темно, и мы шли буквально на ощупь. Потом вдалеке показался огонек. Подойдя ближе, мы увидели костер.
– И тут костер… – пробормотала моя спутница.
Я обернулся и остолбенел.
– Смотри, – шепнул я Ладе.
– Что там?
Крысы. Толпы крыс. В свете костра ярко блестели зубы.
– И что нам теперь делать? – испуганно сказала подруга.
– Бежать! – завопил я.
Мы помчались по туннелю сломя голову. Лада – впереди, крысы – замыкающими. Пару раз я набрался храбрости обернуться через плечо. Стая кровожадных грызунов с топотом преследовала нас по пятам. Здоровенный пасюк рысил бок о бок с Ладой, норовя попробовать на зуб её ботинок. Хорошо рассчитанным пинком Лада отшвырнула наглую тварь к стене. Но триумф победительницы длился недолго. Не прошло и двух секунд, как на смену первой крысе явилась другая, ещё крупнее, ещё голоднее. Я прибавил скорости. И тут Лада резко остановилась. Перед нами была пропасть, не то чтобы очень широкая, но глубина была приличной.
– Надо прыгать, – подвел итог я, – крысы ждать не будут.
Я, как следует, разбежался и перемахнул щель.
– Давай скорее, Лада.
Девушка оглянулась, тихонько взвизгнула и прыгнула. Ей не хватило нескольких сантиметров! Моя рука ухватила воздух. Крик отчаяния пронзил тишину. Лада. Я никак не мог осознать этого. Лада! Но ведь нельзя же так. Эти проклятые часы!
Я не помню, как выбрался оттуда, как пришел домой. Передо мной стояло лицо Лады, её глаза, полные страха и слез.
* * *
Никто не узнает, как умерла Лада. У меня просто не хватит духу рассказать это её родственникам. Пусть все думают, что она пропала, ушла в неизвестность. Мой единственный друг, ты навсегда останешься в моём сердце.
Ну а я… Я снова и снова буду возвращаться в игру. Кто знает, может быть, смерть ждет меня за следующим поворотом, но я не в силах с собой совладать. Игра стала моей жизнью, без нее нет смысла в моём существовании, и ничего уже не изменишь. Каждый раз, идя туда, я буду вспоминать тебя, Лада, и ждать нашей встречи.
КОНЕЦ

Поделиться: